Украина

Премьер-лига

Санжар: «Предложат замутить – пошлю по известному адресу...»

Он прыгнул на тренерскую скамью прямо с футбольного поля и прошел в «Олимпике» путь от второй лиги до еврокубков.

Михаил СПИВАКОВСКИЙ

2019-05-16 13:04

Роман Романа с родным клубом закончился в октябре прошлого года – и, судя по всему, он не терял времени даром в период первого в жизни творческого отпуска.

На днях один из самых желанных свободных агентов на тренерском рынке Украины дал большое интервью.

– Был ли момент, когда футбол настолько вам надоел, что у вас даже не было желания смотреть его по телевизору?
– Нет. У меня такого никогда не бывает. Градус желания иногда может падать. Но так, что прямо не хочу ни видеть, ни слышать… Нет, такого не было. Я еще не наелся.

– Сколько часов в день вы посвящаете просмотру футбольных матчей?
– Все зависит от того, насколько я занят бытовыми делами, и какие именно матчи идут на неделе. Футбольные каналы у меня включены всегда, но многие игры смотрю больше для фона. А такие матчи, когда я сажусь и профессионально смотрю за индивидуальными и командными действиями, перемещениями и перестроениями, как правило, бывают один-два раза в неделю. Случается даже, потом нахожу какой-то момент в нарезках и разбираю его по косточкам.

– Многие из ваших коллег, находящихся в творческом отпуске, матчи УПЛ почти не смотрят. Мол, неинтересно, когда есть АПЛ и Лига чемпионов.
– Нет, я смотрю почти все матчи нашего ведущего дивизиона. Более того, стараюсь не пропускать обзоры туров первой лиги.

– Главный посыл профессиональной критики в адрес нашей премьер-лиги – отсутствие свежих идей. Вы видите тренерские команды, которые воплощают какие-то мысли своих наставников?
– Каждая команда так или иначе воплощает идеи своего тренера. Вопрос – в количестве и качестве самих задумок. Но стоит признать, что сегодня основная идея наших тренеров – игра на результат. При такой концепции где-то начинаешь упрощать футбол, двигаясь в сторону максимально прагматичных решений.

***

– Назовете три самых характерных явления в украинской премьер-лиге последних лет?
– С учетом всех событий мы переживаем кризисный период. Во-первых, снижается посещаемость. Во-вторых, наблюдается отток квалифицированных исполнителей, что бьет по качеству игры. Ну, и если говорить об общей ментальности футбола, чемпионат у нас более оборонительный. Защищаемся надежно, атакуем значительно слабее. Особенно позиционно.

– Какая самая распространенная расстановка в нашем чемпионате?
– 4-5-1, а точнее – 4-2-3-1, которая по ходу матча может трансформироваться, к примеру, в 4-1-4-1. Все зависит от того, как складывается игра, и конкретно – от работы вингеров и опорников. Допустим, иногда одному из игроков средней линии приходится выдвигаться выше и встречать конкретного соперника. Но в матчах против грандов некоторые наши команды используют схему игры с тремя центральными защитниками.

– В стадии обороны 4-5-1 нередко превращается в 4-4-2…
– Совершенно верно: вот и «Олимпик» при мне зачастую действовал именно так. Схема 4-4-2 в обороне позволяет плотно контролировать соперника и хорошо перекрывать зоны. Когда команда соперника начинает атаку, за выход из обороны обычно отвечают два центральных защитника и опорник. И если два ближних к ним игрока располагаются правильно, ваша команда хорошо контролирует оппонента без мяча.

***

– Давайте поговорим о вашей карьере. Уход из «Олимпика» – решение президента Гельзина, тренера Санжара или обоюдное?
– Последний вариант – самый верный. У нас с президентом не было человеческого конфликта. Имели место лишь профессиональные разногласия в плане анализа ситуации. Наши мнения по тем или иным вопросам нередко расходились, и на фоне этого возникало рабочее недопонимание. Наверное, поэтому отставка случилась по ходу чемпионата, а не в зимнее межсезонье.

– Может, за долгие годы сотрудничества вы просто устали друг от друга?
– Нет. Мы иначе не сохранили бы прежние дружеские отношения. Повторюсь, это чисто рабочие разночтения, когда мы видели по-своему те или иные ситуации.

– Матч, проигранный вами в Киеве «Александрии», подтолкнул к принятию радикального решения?
– Каждая игра оставляет определенный эмоциональный отпечаток. Так что, возможно, этот матч («Олимпик» уступил 2:3, ведя в счете. – Прим. М.С.) просто ускорил процесс расставания.

– Вспомните тот момент: не было ли чувства, что оторвалась часть вашей души? Или вы восприняли случившееся по-философски?
– Я был готов к такому исходу. Как уже было сказано, разногласий хватало. Но депрессия меня не навещала, хотя на первом этапе уход переживался болезненно.

***

– Матчи «Олимпика» после своей отставки посещали?
– Не регулярно, но, конечно, ходил на стадион. И весной чаще, чем осенью.

– Вам нравился футбол, в который команда играла при Вячеславе Шевчуке?
– Мне были интересны идеи, за счет которых он пытался решать поставленные в начале сезона задачи.

– Какие именно?
– Как минимум – еврокубки, как максимум – бронзовые медали. Хотя по ходу сезона эти цели, конечно же, корректировались. И мне было любопытно увидеть, какие кадровые и тактические решения будут приниматься для их достижения. В нашем деле очень важно выбрать правильную тактику на конкретный матч, а для этого нужно точно оценивать свои возможности и потенциал соперника.

Резюмируя свои впечатления, могу сказать, что при Вячеславе игра изменилась, требования стали другими, но получилось то, что получилось.

– Шевчук консультировался с вами, принимая команду?
– Нет, у нас не было связи.

– Он декларировал задачу играть в агрессивный и атакующий футбол...
– Понятие «атакующий футбол» у всех разное. Скажем, «Ливерпуль» и «Манчестер Сити» – это два разных атакующих футбола и разных стиля игры. Для меня атакующий футбол – это контроль мяча с продвижением вперед и количество созданных моментов. То есть максимальная нацеленность на ворота соперника.

После своего ухода я видел контроль мяча с розыгрышем до верного. В принципе, есть сравнительная статистика двух периодов, которую можно поднять и проанализировать. Она четко указывает на то, что именно поменялось после моего ухода.

***

– Вы как тренер доверяете статистическим выкладкам?
– Статистикой плотно занимался мой помощник Алексей Змиевский. Он был подписан на Wyscout и анализировал показатели. Я ценил цифры, интересовался ими, но никогда не погружался в эту математику слишком глубоко, больше доверяя своим визуальным ощущениям.

Хотя нужно признать, что иногда цифры немножко помогают аргументировать свою позицию в разговоре с игроком или командой. Допустим, футболисты думают, что все делали правильно, а ты показываешь выкладки: мол, вот, посмотрите, пожалуйста, как было на самом деле.

– Вы контактируете с бывшими подопечными?
– Да, причем, с очень многими ребятами. Общаемся, созваниваемся, иногда просто встречаемся на улице, так как многие – например, Дима Гришко, Виталик Балашов, Сережа Политыло – живут в одном со мной районе.

– Наблюдая за усилением «Олимпика» при тандеме Шевчук – Ротань, вы думали: «Вот бы и мне такого игрока»?
– При Руслане в команде появились только Антон Шиндер и Алексей Гай. Тогда как основные кадровые изменения произошли зимой, когда он уже возглавлял молодежку. Вынужден констатировать, что немногие из пришедших ребят серьезно усилили команду. Стабильно играет только Гай.

– Вы бы тоже ставили Алексея в основу?
– Тяжело сказать. У меня на этой позиции играли Виталий Кольцов и Сергей Вакуленко…

– …который сейчас действует в центре обороны в «Арсенале»?
– Да, но я давно знаю о его универсализме. Вакуленко в молодежной команде «Шахтера» у Валерия Кривенцова одинаково успешно играл и опорником, и центрбеком. Да и у нас я использовал его на этих двух позициях. Что же касается Гая, то это очень опытный игрок, лидер команды, настоящий профессионал. Несмотря на возраст, на поле он не выглядит пенсионером.

***

– Шевчук говорил, что Гай играет как в PlayStation – вообще не ошибаясь…
– У него высокая скорость мышления и, безусловно, есть свои сильные стороны. Так же, как и у Кольцова с Вакуленко. У меня эти ребята играли на обострение, разворачивали атаки, делали длинные передачи, и с такими установками брак, естественно, возрастал.

Сложно судить дистанционно, но перед Алексеем ставились другие требования, которые он выполнял успешно. К слову, считаю, что и Шиндер был плюсом для команды – игрок он качественный. И у меня осталось впечатление, что Антон может значительно больше.

– Вы ожидали, что после Шевчука исполняющим обязанности станет именно Игорь Климовский, а не, скажем, молодой Антон Дяченко?
– Не предполагал. И вообще не ожидал, что случится такая замена. Но первые игры при обновленном штабе показали, что решение было правильным.

– Климовский руководил молодежной командой «Олимпика», расформированной из-за букмекерских скандалов. Можно ли говорить, что как раз ему удалось сохранить репутацию порядочного человека?
– Если президент доверил ему такую серьезную работу именно в тот момент, когда команда борется за прописку в премьер-лиге, значит, это говорит о безграничном доверии. И в первых трех играх, считаю, он это доверие оправдал.

– Климовский поблагодарил вас после своего победного дебюта в матче против «Арсенала». Как я понимаю, вы активно консультируете тренерский штаб клуба?
– Мы хорошо общаемся, поддерживаем отношения и обмениваемся мнениями. Игорь Петрович понимает, что у него осталось мало времени, и он должен сработать ювелирно, чтобы выйти из той сложной ситуации, в которой оказалась команда. Все его действия должны быть правильными, и он знает, что я неплохо знаком с возможностями команды.

Я высказываю свое мнение и даю характеристики игрокам, но все ключевые решения Климовский принимает самостоятельно.

***

– Тренеры в клубах УПЛ вынуждены работать по принципу «Используй то, что под рукой и не ищи себе другое…». Это тормозит профессиональный рост?
– Безусловно, тормозит. Хороших результатов можно добиться только при условии высокой организации игры, а на это нужно потратить определенное время. А ты постоянно тратишь его на то, чтобы оценить потенциал футболиста, интегрировать его в командную игру, довести взаимодействия до автоматизма.

Однако такая работа и развивает. Ты должен научиться быстро принимать решения в условиях текучки кадров, доступно доносить идеи коллективу, объединять ребят, чтобы они поняли твои требования и выполняли их максимально эффективно. Подобный режим позволяет понять, насколько важен каждый день и каждый час твоей работы.

– Прошлым летом вам приходилось строить команду уже по ходу сезона...
– Можно сказать и так. Кравченко и Дегтярев пришли ко мне за три дня до первого тура. Билоног и Политыло появились после того, как мы уже сыграли три или четыре матча. Пришлось наигрывать команду непосредственно в чемпионате.

– В чем заключается главная сложность работы в условиях постоянной текучки кадров?
– В точной оценке потенциала футболиста. Иногда приходилось принимать решение в кратчайшие сроки, да еще и на сборах, где игроки находятся на разном уровне физической или функциональной готовности. Потенциальные новички, приезжающие на просмотр, готовятся к этому заранее и часто на первом этапе сборов выглядят предпочтительнее, чем твои игроки, только-только вышедшие из отпуска.

Во многом поэтому мной иногда принимались неправильные кадровые решения. Потому что на последующем этапе команда набирает форму, и новичок уже не выделяется. Картина меняется с точностью до наоборот, а решение уже принято.

Были случаи, когда я просил подписать футболиста, а потом более детально знакомился с его игровыми качествами и понимал, что он клубу не помощник. Я допустил ошибку, переоценив его возможности.

***

– Обратные примеры в тренировочном процессе случались?
– Да, встречались ребята, которые по ходу подготовки к матчу выглядели неубедительно, но, выйдя на игру, были полной противоположностью, становились настоящими лидерами и давали необходимый результат. Это редкое умение аккумулировать силы и настрой, готовить себя самому, четко контролируя нагрузку. Оно присуще, в частности, таким игрокам как Виталий Федорив или Антон Поступаленко.

– Вы один из тех тренеров, которые каждые полгода сталкивались с необходимостью полностью перестраивать игру из-за частичного или глобального обновления состава. Это любопытно – или в какой-то момент жестко надоедало?
– Безусловно, надоедало. Во-первых, я понимал, что за короткий промежуток времени попросту могу не найти игроков нужного плана и останусь с командой, которая сильно потеряла в потенциале, а вместе с тем, именно мне отвечать за результат. Находиться в такой ситуации – большой риск.

Во-вторых, стабильность состава формируется на длительной дистанции, когда ты постоянно вводишь в основу тех, кто сильнее, сохраняя при этом системообразующих игроков. В первые годы у нас такой костяк был. А потеря лидеров – Кирилла Петрова, Исы Шерифа, Кирилла Дорошенко, Влада Огири – приводила к нарушению конструкции. Определенные схемы просто переставали работать. И тогда приходилось принимать другие тактические решения, перестраивая игру.

Скажем, у нас возникли приличные проблемы, когда ушел основной форвард Саша Сытник. Мы остались без нападающего и долго не могли забить. Я искал варианты, ставил вперед номинального полузащитника Максима Драченко, но результативность не улучшалась.

Еще один показательный момент – уход Алексея Дитятьева, который хорошо дополнял Диму Гришко. Алексей выигрывал верховые мячи, Дима «подчищал» на страховке и хорошо начинал атаки. Каждый ключевой игрок привносил в игру что-то свое, без чего команда теряла в качестве. С потерей Мохи мы утратили креатив. А тот же Сережа Гринь обеспечивал скорость…

***

– Гринь и Михаил Сергийчук ушли летом 2017-го, и это выглядело так, как будто вы резали по живому…
– Это были мое решение и моя ошибка. Объясню, почему я так поступил. Мы проводили сборы в Харькове, играя в основном с командами первой лиги, которые закрывались, вынуждая нас играть в позиционной атаке. Получалось плохо: мы не выиграли ни одного матча.

Позиционное нападение – не лучшая сторона Гриня и Сергийчука. Сергей играл на позиции вингера, Миша – чистого форварда. Они пытались обострять, но допускали много потерь. Молодой Стас Беленький и компания смотрелись лучше, но результата в контрольных матчах не было.

Эти поражения сильно влияли на меня, потому что вскоре нам предстоял дебют в еврокубках. И вот я сидел и думал: что нам делать в Лиге Европы, если не можем обыграть команду низшего дивизиона? Нужно было стерпеть, выждать паузу, посмотреть, как пойдут дела в УПЛ, но я не дождался, приняв решение отказаться от Гриня и Сергийчука.

За неделю до старта к нам вернулись четыре человека – среди них Моха и Богданов, кроме того, мы подписали Кравченко и Шабанова. Они приехали неготовыми, но за короткое время полностью поменяли игру. Появилась ось, костяк тех, кто обеспечил команде уровень.

А потом начался чемпионат: соперники давали нам и зону, и пространство. А тот же Беленький уже не мог обеспечить необходимую скорость, которую могли дать Гринь и Сергийчук. Но, увы, было поздно. Я получил опыт, который нужен каждому тренеру.

***

– Мог ли клуб выйти на самоокупаемость – удачно продавать лидеров и все-таки покупать игроков, а не стоять в очереди на рынке свободных агентов?
– Это сложно, потому что подавляющее большинство талантливых молодых футболистов, которых можно впоследствии продать, уже подписаны грандами. Поэтому для поиска таких игроков необходима очень сильная работа селекционной службы. Вместе с тем, одна только молодежь не обеспечит результат, поэтому рядом должны быть опытные исполнители, которых мы приглашали на минимальные условия, договариваясь, что не станем препятствовать их уходу.

В результате уровень обеспечивали те, кто приходил ненадолго. Шабанов, Богданов, Петров… Без этих игроков мы бы не попали в Лигу Европы, но удерживать их надолго у нас не получалось. Образовывался типичный замкнутый круг.

– Когда вы подбираете игроков, в какой пропорции обращаете внимание на человеческие и профессиональные качества?
– Для меня важен баланс. Изначально анализирую игровые качества, футбольный интеллект... Потом слежу за тем, как человек ведет себя в работе, как общается, как приживается в коллективе. У меня были случаи, когда об игроке говорили «такой-сякой, несдержанный, не режимит, делает то-то и то-то», и я принимал решение взять его вопреки предостережениям. На выходе у нас складывались уважительные рабочие отношения без всяких трений.

– Одного такого я угадаю с первой же попытки – Виталий Балашов.
– Отчасти это касается и его. Но что бы не говорили, за время общения с Виталием я не испытывал вообще никаких проблем. В игровом плане какие-то нюансы возникали, но в человеческом – никаких!

***

– Три самых талантливых футболиста, с которыми вы работали?
– Первыми на ум приходят Иса Шериф, раскрыться которому помешали травмы, а также Кирилл Петров и, конечно же, Моха... Но в общем и целом все игроки, с которыми я работал, были талантливы. Просто каждый – по-своему.

– Главная для меня загадка в истории «Олимпика»: почему украинские гранды так и не купили Моху?
– Я слышал, что «Динамо» проявляло к нему интерес, но с неким запозданием. Подробностей не знаю, я переговорами не занимался. У Мохи действительно много плюсов – хорошие физические данные, скорость, дриблинг. А еще – он очень обучаемый игрок.

Вспомните: он пришел к нам из ниоткуда – бегал в четвертой испанской лиге, не являясь, по сути, профессиональным футболистом. Но его жизненный интеллект, способность развиваться, схватывать на лету, быстро учить языки, адекватность, режим и дисциплина привели к поразительным результатам.

– Помнится, вы критиковали Моху за неумение обороняться…
– Да, но он научился работать на оборону, понял важность прессинга. Дошло до того, что, когда команда кардинально поменялась и пришли новые ребята, он даже слегка «пихал» новичкам, если они недорабатывали без мяча.

– Главный недостаток – одноногость?
– Да, левая немного слабее. Когда его начали изучать, коронные смещения в центр с ударом начали проходить реже. Он обыгрывал одного, тут же встречал второй… Поэтому мы начали работать над тем, чтобы, подтянув левую ногу, разнообразить его игру в атаке.

***

– В датском «Вайле» вместе с Гринем и Владленом Юрченко играет Владис Иллой-Айет. Специалисты, его видевшие, утверждают, что это защитник высокого уровня. Согласны?
– Владис – безусловно, талантливый игрок, у него отличные природные данные: фактурный, быстрый и координированный защитник с хорошей перспективой. В его случае все прозаично: парень захотел уехать в Европу – и сейчас он там.

– «Олимпик» какого созыва вы считаете максимально приближенной версией своего тренерского идеала?
– Отметил бы команды двух созывов с совершенно разными стилями игры. Мне нравился самый первый «Олимпик» сезона-2013/14, с которым мы выходили в УПЛ. Там отлично работала тактика контроля мяча, мелкого паса, создания численного большинства и использования прессинга. Добиться этого сочетания качеств впоследствии было уже очень тяжело.

Ну а вторая команда – осени 2016-го, впоследствии выходившая в Лигу Европы. Чего стоила хотя бы конкуренция в центре защиты, где мы выбирали двоих из квартета Гришко, Барановский, Петров, Иллой-Айет. В середине поля тон задавали Богданов, Гошкодеря, хороший сезон проводил Володя Доронин, просто феерил Антон Поступаленко.

Ну а зимой ушли Петров, Лысенко, Танчик, Драченко, Барановский, Матяж – и кадровая обойма сильно просела. Тем не менее, нам удалось дотянуть до финиша и в итоге занять четвертое место.

– В УПЛ создан стереотип: молодые прогрессивные тренеры не смогут работать в «Динамо» или «Шахтере», потому что там нужно ставить на место звезд-миллионеров. Как думаете, вы бы смогли?
– Тяжело говорить о том, чего еще не было. Но в перспективе меня это совершенно не пугает.

***

– Представим себе: вы возглавили команду премьер-лиги и можете взять по одному игроку каждого амплуа из любого клуба УПЛ кроме «Шахтера» и «Динамо». Кто эти счастливчики?
– Сложный вопрос, но интересный. Вратарь – Махарадзе. Когда он в тонусе, Заури очень силен. Говоря о центрбеках, нужно понимать, что именно нужно от него получить. Скажем, мне и многим коллегам импонирует Адамюк: его игра головой, скорость, подключения к атакам. Но в аспекте начала атаки Владимир не так силен. Более-менее сбалансированно смотрится Виталий Вернидуб. Так что, наверное, предпочел бы именно его.

В опорной зоне мой выбор – Даниил Игнатенко. Фактурный игрок, обладающий при своем росте хорошей координацией, скоростью и работой ног. По игровому интеллекту и работе с мячом импонирует камерунец Онгла. Среди центральных хавбеков отмечу Андрея Богданова и Ди Франко – креативного, умного футболиста с хорошей передачей.

Если говорить о фланговых игроках, то мне нравятся Марьян Швед и Сергей Мякушко. А вообще близким к эталону латералем считаю Дарио Срну.

– При том, что в атаке он намного сильнее, чем в обороне?
– Повторюсь, все зависит от требований тренера. Зинченко, например, вообще не защитник, но Гвардьола ценит его культуру паса и интеллект. То же касается и Срны. Хорошо начинает атаки с фланга Мякушко – ну и, конечно, отмечу Александра Караваева.

– Кого возьмете в атаку?
– Отмечу Артема Ситало из «Александрии» и Александра Филиппова из «Десны».

– Вот здесь удивили…
– У него есть качество исполнения, скорость и техника. На мой взгляд, его полный потенциал пока не реализован.

***

– Чемпионат Украины – турнир высокой степени «токсичности». Здесь работают с судьями, играют на контору, делятся откатами с агентами. Реально ли оставаться в стороне от этой грязи?
– Конечно! Как? У каждого тренера должна быть цель. Если ты хочешь чего-то добиться в футболе и развиваться как специалист, когда перед тобой возникнет какая-то морально-этическая дилемма, ты примешь правильное решение и поступишь по совести. Если, конечно, эта цель профессиональная, а не меркантильная. Если тебя интересует репутация, а не быстрый заработок, ты никогда не влезешь в какую-то чепуху.

Хотя ситуации бывают разные, и иногда нужно делать сложный выбор. Однако понимание, что один неверный поступок может стоить тебе репутации и поставит крест на достижении высшей цели, поможет принять волевое решение.

– Ваши игроки когда-нибудь участвовали в матчах с заранее известным исходом?
– Стопроцентной информации у меня нет, только предположения. То есть внутри остались вопросы по некоторым ситуациям, но убедительно высказаться по их поводу я не могу.

– Конкретно вам когда-либо предлагали замутить в чем-то подобном?
– Лично на меня никто никогда не выходил. Думаю, все знают мою позицию и понимают, что это бесполезно. Пошлю по известному адресу сразу и без предупреждения.

– Вы считаете нормальным, что есть клубы, на жизнедеятельность которых влияют конкретные агенты?
– Что такое «влияют» и как они это делают? Вот, к примеру, у меня есть агент – Вадим Шаблий. И в моей команде были футболисты, которые являлись его подопечными. Но он никак на мог повлиять на мое решение ставить или не ставить такого игрока в состав.

Предложить посмотреть какого-то парня – пожалуйста. Но если я говорил ему, что парень мне не подходит, тема была закрыта.

***

– А если условный агент попросил своих игроков сыграть на контору, а тренер об этом не знает?
– В украинском чемпионате такого, как мне кажется, быть не может. А если и случится, то только один раз. Если у тренера есть связь с руководством и с коллективом, он такие вещи почувствует кожей и сразу пресечет на корню. Людей, которые в этом замешаны, в команде не будет на завтрашний же день. И агента тоже.

– Хорошо, зачем агент вам? Вашей репутации для трудоустройства недостаточно?
– Каждый должен заниматься своим делом. Я – тренировать, а агент – правильно меня представлять, вести переговоры и проверять бумаги перед тем, как я их подпишу. У меня нет юридического образования.

– Сколько раз за годы работы в «Олимпике» вы просили президента повысить вам зарплату?
– Ноль. У нас с Владиславом Григорьевичем Гельзиным с первого дня сложились такие отношения, что я ни разу даже не заговаривал о деньгах. По окончанию сезона я каждый раз продлевал контракт ровно на год. И он сам поднимал вопрос об увеличении ставки.

– В прессе писали, что вы зарабатывали пять тысяч у.е. Не прошу подтвердить конкретно – но порядок цифр примерно верный?
– Плюс-минус.

***

– Какова вероятность того, что вы можете вернуться в «Олимпик» уже этим летом?
– На этом этапе хотелось бы что-то поменять. Не думаю, что мое возвращение меньше чем через год после ухода пойдет в плюс клубу или мне. Что будет завтра – жизнь покажет. Как говорится, никогда не говори никогда. Но сейчас мне хотелось бы попробовать себя в других обстоятельствах и встретиться с новыми трудностями, которые обязательно будут.

– По нашим данным, уже в последние полгода вами активно интересовалось несколько клубов УПЛ. Почему вы еще не при деле?
– Я не готов комментировать детали переговорного процесса, так как этими вопросами занимается мой агент.

– Возникали ситуации, когда он звонил вам с предложением от какого-то клуба, а вы отвечали: «Нет, я туда не пойду»?
– Близкие к подобным вариантам были. Для меня очень важно понимать, какой потенциал у команды, и какие у меня в ней будут полномочия. Смогу ли я обеспечить реализацию стоящих перед клубом целей в предлагаемых обстоятельствах. Все эти факторы должны совпасть воедино. Хотя работать, конечно, хочется. Но важнее оказаться в правильном месте и выполнить поставленную передо мной задачу.

– Почему, на ваш взгляд, украинские специалисты не востребованы за рубежом?
– Основные преграды – незнание языков, разница в менталитете и стереотипы, которые сформированы на Западе в отношении наших тренеров. Хотя тот же Сергей Ребров находится в Европе на передовой и своей отличной работой показывает уровень украинских специалистов. Я вообще считаю, что у нас достаточно хороших тренеров, тем не менее, на их места зачастую приходят иностранцы.

Наверное, некоторые руководители клубов УПЛ настолько не верят в отечественных специалистов, что готовы приглашать наставников-легионеров. Как мне кажется, это ошибка – у нас хватает своих перспективных наставников. К примеру, можно отметить тренера «Ингульца» Сергея Лавриненко, который в кубковом матче с «Карпатами» обыграл своего иностранного коллегу с командой, которая заведомо слабее. Хочется, чтобы такие победы не оставались незамеченными.

***

– За кого болеете в нынешней Лиге чемпионов?
– Фаворитом считал «Барселону», а болел за «Аякс».

– Команда тен Хага – действительно глоток свежего воздуха в европейском футболе?
– Однозначно самое яркое явление последних лет. Сыграла роль системная работа сотрудников клуба и тренерского штаба. И вот результат, как апогей того, к чему это привел труд селекционеров, тренеров детской школы, правильные стратегические решения менеджмента, верные ходы в кадровой работе, вера в тренера, реализация его идей, работа футболистов и единство коллектива.

– Что лично вас вдохновляет в идеях тен Хага?
– В нем сочетаются многие сильные качества. Он силен и как тактик, и как психолог, и как человек. А иначе не случился бы эмоциональный толчок, который он дал команде, объединив игроков. При этом тренер «Аякса» построил очень мощную игру – футболисты верят ему просто безоговорочно.

– Будь у вас возможность постажироваться месяц у любого тренера мира, кто бы это был?
– Мне интересна работа Симеоне, Клоппа, Гвардьолы. Был бы не против побывать в том же «Аяксе».

– Правда ли, что вы ездили к Сергею Реброву в «Ференцварош»?
– Да, около недели был на сборах клуба в Турции. Постоянно присутствовал на тренировках и играх. Мы с Сергеем хорошо знакомы, и благодаря ему мне удалось оказаться внутри команды и вплотную познакомиться с идеями, которые приносят ему результат.

***

– В чем ребровская философия игры?
– Он проповедует современный футбол с акцентом на контроль мяча и прессинг. Плюс – правильная психология и игровая дисциплина. В учебном процессе есть много похожего на то, что делали мы в «Олимпике», но у Сергея несколько иные упражнения.

– Вы читаете лекции в Центре лицензирования ФФУ. Какие основные мысли закладываете в общении с начинающими коллегами?
– Мне дают тему – я делюсь опытом. Как правило, ребятам интересны практические советы: они хотят знать, как поступить в той или иной ситуации. Я рассказываю абсолютно все, что знаю.

– Вы считаете это правильно?
– Да. У меня нет секретов от аудитории. Тем более, что каждый из тех, кто сидит в зале, воспринимает информацию по-своему. Кому-то она, вообще, не подходит... Короче, считаю, что принципы и упражнения нужно рассказывать.

Тот же Гвардьола пускает журналистов в раздевалку и на тренировки, не опасаясь за какой-то плагиат своих идей. Ребров на сборах постоянно говорил мне: «Рома, давай – заходи, побудешь на установке».

Другое дело – непосредственно подготовка к игре. На этой стадии тренер начнет закрываться и делать все, чтобы информация не просочилась наружу.

– Вячеслав Грозный на своих лекциях показывает книгу «Пеп: конфиденциально». Читали?
– Читал. Хорошая вещь. Большая ее часть описывает чувства и эмоции Гвардьолы после важных матчей. Но есть моменты, где можно почерпнуть какую-то узко специализированную информацию – глубокие тактические моменты, тонкости, тренерские лайфхаки.

***

– Например?
– Мне понравился момент о том, как он выбирал игроков на послематчевые пенальти и что им рекомендовал.

– Такие книги могут вдохновить на новые идеи?
– Наверное, да, но я больше люблю оказаться в тишине – наедине с самим собой, чтобы подумать и сконцентрироваться.

– Вы уже готовы вернуться в профессию?
– Я был готов еще вчера. Но мне нужна вера в то, что я могу помочь моей будущей команде сделать шаг вперед здесь и сейчас.

sport-express.ua